Зайцев Владимир Федорович

«Дитя войны – герой пожарной охраны!»

Глядя на этого человека со стороны, сложно представить, что  все его детство прошло под «бомбёжками» Великой Отечественной Войны, а дальнейшая судьба связала воевать с огненной стихией.  На его счету не одна спасенная жизнь, точную цифру он и  сам не помнит.  И, несмотря на свой возраст - 80 лет, он не считает себя даже пожилым и  как признается сам, в этом ему помогает сама жизнь.  Этот удивительный человек - Владимир Федорович Зайцев – подполковник в отставке, который всю жизнь посвятил себя любимой работе – службе в пожарной охране Удмуртии!

Из детства

- Родился я в Ижевске 16 марта  1934 года. Поначалу отец мой работал на Ижмаше в оружейном цехе, занимался всякими профсоюзными делами,­­­ - вспоминает Владимир Федорович. - Потом его каким-то образом отправили на учебу в Свердловский КомВУЗ. Я долго не мог понять, что это за ВУЗ. Толи коммунистический, то ли еще какой-то.  Кто-то  говорит, что это ВУЗ красных командиров. В общем, когда он его закончил,  его направили обратно в Ижевск, и стал он у нас офицером милиции. Тогда и  начались в нашей семье  странствования. Кем он был тогда, я не знаю, но впоследствии он все был начальником райотделов милиции. На пенсию ушел майором. В те времена звание майора было высшей ступенью, полковниками были только министры.

Более подробно свое детство Владимир Федорович помнит лет с семи. В те годы его отца направили работать в село Бемыж Кизнерского района Удмуртии. Чуть позднее  туда перебралась вся семья – он, мать и младшая сестренка. Когда пришла страшная весть о войне, маленький Володя успел отучиться в селе  два класса.

-На этом моя учеба закончилась. Война. Отца забрали на фронт. Мы не знали о нем ничего до 1943 года. Оказалось, что он был в составе действующих войск на украинском фронте на правой стороне Днепра. Там была страшная «мясорубка». Наши были окружены немцами. А сколько людей погибло… Отцу и нескольким его товарищам  удалось вырваться. Почти год они по ночам пробирались на восток, к линии фронта, а  днем прятались где придется. В итоге вышли они на партизан. Партизаны имели хорошую связь с «землей», и вот в 43-м году нам пришло извещение или письмо, что отец в партизанах и скоро вернется.

Под шум и взрыв гранат

Так как отец Владимира Федоровича до войны работал милиционером, после партизан его направили работать начальником отдела милиции на железнодорожную станцию в город Новосокольники. Спустя какое-то время в дом Зайцевых пришел милиционер с  вызовом на мать, на Володю и на сестренку. Собрав вещи,  они в сопровождении направились в Новосокольники.

-  К счастью, по дороге нас не бомбили. Когда мы приехали, нас поселили в «интересном» доме, который наполовину был снесен снарядом. А в огороде кругом «Зенитки» стояли. Сколько штук даже не знаю. И дальше пошел кошмар… Весь 43 год  каждую ночь бомбёжки. Мы уже наизусть знали, что летят немцы. По звуку  определяли тип самолета: «ууууу - это юнгерс летит, зенитки - хабабабабап фонтаном. Бомбят-бомбят…. Так, в одну ночь, как писали в газете, у нас там был налет аж в 75 самолетов. Город вдребезги весь разбомбили! Все горело, а мы сбили всего пять самолетов…

Бежать и прятаться было бесполезно. Поэтому мать Володи  только крестилась, а сестренка  постоянно пряталась под кровать и громко выла. Не страшно  было только маленькому Володе, который забирался на подоконник и с большим интересом смотрел в темное небо, которое сплошь было усыпано летящими «крестиками», а временами вокруг резко  становилось светло как днем, и в небе появлялся «фонтан» из Зениток.

- Я сидел и думал: «Ой, как здорово!»  Отец же каждую бомбежку бегал в райотдел, укрывать в окопах задержанных и караулить их, так было положено. После бесконечных бомбежек от станции практически ничего не осталось. Все эшелоны сгорели, кругом разруха. Везде лежали трупы-трупы-трупы… К счастью, отец живой остался.

Любопытство смерти

Дети есть дети. Маленький Володя особенно был непоседлив - дома сидеть не любил, постоянно с пацанами везде «лазил». То за пленными немцами  подглядывали, когда их на речку мыться водили, то бегали снаряды искали…

-Нам было смешно наблюдать, как немцы голые песком себя натирали. А еще пытались в них гранаты кидать, но ни одна не взорвалась, - смеясь, вспоминает Владимир Федорович. – Еще бегали снаряды искали: где детонаторы доставали, где порох выковыривали. Каждый день в нашей школе погибал один школьник. А сколько было без рук  и без ног… В основном дети гибли из-за любопытства.  Кругом ведь были минные поля, «склады» артиллерийских снарядов штабелями стояли. Под ногами везде валялись гильзы и снаряды. Все охотились за порохом. Мы поднимали снаряд и били о другой, чтобы порох вытащить. Потом поджигали. Каждая «макаронина», так мы их называли, горела по-своему  интересно. Как фейерверки… Пацаны постарше снаряды разбирали и доставали оттуда термит. Баловались. Подошву на сапогах натрут, потом спичку чиркнут, она  зажигается.  На школьных переменах бегали все это взрывать. Учителя гоняли страшно… Все это приводило рано или поздно к травмам и гибели. Детей разрывало на кусочки. Как- то отец специально на лошади привез труп показать мне. Голова в одной стороне, ноги - руки в другой… Таким образом он пытался меня вразумить, чтобы я был осторожен и не играл со снарядами.

Зато теперь, как говорит Владимир Федорович, хоть сейчас с закрытыми глазами на минное поле. Легко может нащупать хоть пехотную, хоть противотанковую мину и разрядить их.  Все это, они - дети, школьники, совсем юнцы  делали тайком от взрослых. Просто из любопытства.

Немецкий «клад»

-Как-то ко мне пришел товарищ по классу и говорит: «Я нашел немецкий склад. Пойдем, там много чего хорошего есть». Пришли, а там бункер немецкий замаскированный, а на полках лежат небольшие коробки. В каждой коробке по 100 штук капсюлей детонатора. Это было неслыханное богатство! Такой был дефицит! В то время браконьеров было много, рыбу глушили каждый день. Про «клад», конечно же, мы никому не рассказали. Как дрова в охапку коробки эти картонные  нагрузим и тащим перепрятывать в свои потаенные места. Проходить приходилось недалеко от часового, он меня как видел, постоянно разговаривал:

-«Эй, Володька, как дела в школе? Сколько пятерок, сколько двоек?», - Поэтому мы дожидались темноты, чтобы он не видел, как мы коробки тащим.

-«Эй, Володька, это ты? Что несешь?»…

-«Щепки!», - кричал я в ответ. И вот так несколько раз. Я был очень богатым! Если бы кто-то из взрослых узнал, сразу бы все уничтожили… У друга моего мать нашла, так и выкинула все в общественный туалет. А я  грамотно спрятал. У меня найти не смогли. Даже несмотря на все наши многочисленные переезды, я умудрился все перевозить с собой. Правда, уже не тысячами, а сотнями.

За одну такую капсюлю Владимиру Федоровичу что только не предлагали в обмен: и мотоцикл и даже пулемет! Так, однажды в школе подошел неизвестный мужчина. Спросил  у него, что хочет в обмен. В то время в школе катастрофически не хватало учебников по истории СССР, на которые он и согласился обменять 100 капсюлей.  Неизвестный мужчина желание выполнил, и  недельки через две принес все учебники. Владимир Федорович как настоящий разведчик, также честно сообщил мужчине место, где его ждут обещанные взрыватели. Все учителя в школе  так и не поняли, откуда у «шкодника» Зайцева взялось столько учебников…

Хобби на всю жизнь

Еще одним незабываемым местом жительства для  Владимира Федоровича стали Великие Луки.  Именно там в нем зародилось самое главное в его жизни увлечение -  музыка.

-Как-то в школе, во время урока, в класс заглянула директор и сказала, что в школе будет организовываться духовой оркестр, кому интересно, попросила остаться после уроков. Я решил попробовать. Дали мне инструмент – баритон – и  я стал заниматься. В итоге мне  так понравилось! Я перетаскал все книги с библиотеки, где есть ноты, и дома самостоятельно стал учить. Все песни, какие только были, переиграл!

После войны

После войны, по воле отца,  Владимир Фёдорович окончил Ленинградское пожарно-техническое училище. Потом по распределению попал в Ижевск, где отдал пожарной охране Удмуртии 38 (!) лет службы. Далее история работы Владимира Федоровича заслуживает отдельных историй, каждую из которых можно слушать с большим интересом.

Со смертью – с глазу на глаз

Одну из таких историй Владимир Федорович запомнил на всю свою жизнь. Этот былов Ленинском районе г. Ижевска.  На улице Татарской жило около 50 семей, которые брали воду с древнейшего колодца. За восстановление прогнившего колодца взялся местный житель Анатолий Кочетков – руки золотые, дело знает, на счету не один колодец выкопан. Помогать пришли и несколько соседей. Взялись за работу. Один рубит, другие из досок полати готовят – стоя на них Кочетков в глубоком колодце работать будет.

- Кочеткова спустили в колодец, передали ему инструменты – топор, ножовку, электрическую лампу, - вспоминает Владимир Федорович. –  при работе там необходима осторожность, так как гнилые бревна необходимо будет доставать, пилить и поднимать наверх. Вместо них свежие бревна устанавливать и закреплять досками.

Работа не из легких, время летело незаметно. В тесном душном колодце не развернуться… Вдруг сверху начали падать комья земли, а большие комки глины сорвали провод, на котором висело что-то громоздкое и тяжелое, видимо гнилые бревна упали, которые в свою очередь перевернули полати. Кочетков едва успел схватиться за веревку. Землей ему завалило ноги, когда он освободился, его  попытались поднять на ведре. Дело тоже рискованное, если веревка оборвется, он окажется в воде… Тут снова обвал! Он прижался в угол, с трудом напротив головы крест-накрест разложил гнилые бревна от старого сруба. Вода была уже рядом. Внутри колодца снова и снова стало все рушиться. После чего стало очень темно и тихо …

- Кто-то  позвонил по телефону «01». Дежурная подняла трубку. На другом конце провода рыдая, кричала женщина, умоляя о помощи. В ответ ей пояснять стали, мол, это же пожарная охрана, чем мы вам можем помочь, почему нам звоните? Тут в разговор вмешалась старший радиотелефонист Галина Зайцева: «Человек на грани смерти, а ты…». Вырвала она у неё трубку, спокойно спросила точный адрес, твердо сказала «ждите, поможем». Незамедлительно сообщила в милицию, скорую помощь и в третью пожарную  часть по охране Ленинского районаг.Ижевска.

Тогда еще заместитель начальника штаба пожаротушения Владимир Зайцев тут же выехал на место. Все службы прибыли на место достаточно оперативно, вот только картина перед ними предстала ужасная.

- Колодец разрушен уже метра на четыре, бревна завалены землей, лишь у некоторых торчат острые концы, - протирая лоб от пота, словно снова переживает тот день, как наяву, рассказывает Владимир Федорович. – Жив или нет - никто не знает. Вокруг колодца рыдая, бегают жена и дочь Кочеткова, с криками что -нибудь сделать… Стали думать, полати перевернуты, однако веревки не все оборвались, значит, Кочетков на чем-то держится. Если честно, надежды, что мужчина еще живой, не было никакой. Тогда еще помню, подумал, в какие только сложные ситуации не попадал, на пожарной машине сквозь пылающую огнем улицу проскакивал, чтобы оказаться у пожарного водоема, с балкона пятого этажа спасал двух  детей и двух взрослых, но в такую ситуацию попал впервые.

Делать было нечего: нужно было что-то предпринимать. Зайцев четко скомандовал -  нести доски, чтобы колодец дальше не разрушался, забивать вокруг воронки! Надев страховочный пояс, по штурмовой лестнице один из бойцов отделения3-й пожарной части спустился в воронку. Начали поднимать землю, спустя время снова обвал. Вокруг собралась толпа зевак, пошли разговоры, что Кочетков давно уже труп… Снова стали думать, что делать? Вывод был один: «копать» быстрее.

- Нужен был кран, чтобыкопать рядом второй колодец. В районном отделе милиции развели руками, где его взять в воскресенье? Куда только не звонили, в разные тресты, заводы, управления, автоколонны… Кран есть, крановщиков нет… К счастью,   кран нашелся на машиностроительном заводе. Приехал. Работа «закипела». Люди немного успокоились.

Оставалось самое трудное, как по мере вкапывания опускать туда сруб, чтобы он не сорвался и не упал на Кочеткова. Необходимого решения не находилось. Внутри самого разрушенного колодца работа также не останавливалась. Бойцы с лопатами копают и копают… На помощь прибыли солдаты, меняются каждые полчаса. Работа тяжелая, в колодец идут как на фронт.

Тем временем Кочетков в колодце из последних сил, но держится! Жив! Дышать тяжело, бревном сильно в грудь ударило. Уже несколько часов он сидит в подвешенном состоянии в ведре над водой. Сидит, не двигается, обеими руками крепко держась за веревку. Как говорят в такие моменты, вся жизнь прошла перед глазами, какие только мысли в голову не лезут… Мгновения отчаяния сменяли периоды ожидания… Надеяться на спасение  или ждать смерти, он не знал. Счет времени потерян. Казалось, что прошла уже целая вечность. Стал думать, раз полати держатся над головой, поддерживая массу земли, значит не все веревки оборвало… самое страшное под ногами, какая глубина воды? Стал потихоньку ощупывать стены.

-К счастью, нащупал скобу, веревка тоже была на месте! Потом вторую! Тогда он сообразил, что порвались две веревки, полати висели в боковом положении. Сил не было, все тело онемело… Но он понимал, нужно было  постараться поднять полати так, чтобы при обрушении земли, снова все не сорвалось. Стал крепить их боком. На самом деле,  невозможно представить себя на его месте, сидеть в темноте, сырости, быть практически заживо погребенным, при этом  ясно думать и что-то делать!

Но, как говорится, жить захочешь, и не то сделаешь. Тем временем Кочетков как мог боролся со сном. Хотелось закрыть глаза и забыть, что он находится на грани смерти. Нужно было как-то сообщить наверх, что он жив. Полати прикрепил, сам стал дергать трос, вдруг конец  веревки остался наверху, вдруг кто-то заметит, в ответ дернет… В кармане брюк нащупал 4 папиросы и спички. Прикурил, пока горела спичка, успел взглянуть на часы. На дворе вечер. Ну, если колодец выроют, хоть тело на полатях найдут, думал, успокаивая себя, Кочетков.

-Постоянно звонили из МВД, интересовались как обстоят дела. Честно думали, что Кочетков уже мертв.  В 11 вечера солдатам пришлось уехать. Народ стал возмущаться, как же так, там же человек? Я стал успокаивать,  что мы не уйдем, пока не выкопаем!

Жена Кочеткова то и дело  вокруг колодца бегала, то ее валерьянкой отпаивали, то скорую вызывали…  В один из таких моментов она-то и увидела, что трос дернулся!  Кочетков же, почувствовав, что ему  ответили, стал еще сильнее дергать. Наверху радостям не было придела: «ЖИВОЙ!»,  «Я ЖИВ» - думал на другом конце Кочетков. Перед глазами жена, дети, планы на будущее, счастливые моменты прожитой жизни…  Одно отделение  пожарных сменяет другое. Владимир Федорович сам про себя все же  думает, возможно трос и не дергал никто, могло жене с горя показаться… С другой стороны, если жив, на сколько ему еще воздуха хватит…

Тем временем Кочетков стал слышать шум и голоса: «Значит, спасут, поднимут…» В ответ, навстречу, сдирая пальцы в кровь стал землю рыть… Спустя какое-то время- о чудо, сквозь маленькое отверстие перед глазами темное небо перед утренним рассветом… «Я живой!» - кричал Кочетков, в ответ наконец-то завязался разговор… Пожарный с дна колодца наверх кричит, что живой Кочетков, а наверху в ответ от счастья все рыдают, прыгают, обнимаются. Освободившиеся от работы пожарные уезжать домой не соглашаются, продолжают помогать.

-В общем,  вытащили мы его. В итоге он там просидел больше суток...

Сам Владимир Федорович никогда не хандрит, ко всему относится с оптимизмом и до сих пор продолжает заниматься любимым делом – музыкой и танцами… Всегда отслеживает репертуар концертной программы филармонии. По возможности даже принимает в них участие. При этом состоит в Совете ветеранов Главного управления МЧС России по Удмуртской Республике, с удовольствием поет и играет на музыкальных инструментах в хоре ветеранов Главного управления.

Поделиться
Фотографии (1)

Ветераны Удмуртская Республика

Гаврилов Василий Андреевич
командир отделения ПЧ №8 ФПС ГПС по УР «договорная»
Сабуров Александр Николаевич
Герой Советского Союза
Кривокорытов Павел Тимофеевич
Герой Советского Союза