Как пожар в Петербурге подсказал Достоевскому сцену для «Бесов»

Май 1862 года запомнился Петербургу чередой разрушительных пожаров. Огонь уничтожал дома, склады, торговые ряды. Особенно сильно пострадал Толкучий рынок – выгорели целые кварталы. В городе говорили о поджогах, народ роптал, власти выглядели беспомощными. Достоевский видел всё это своими глазами.

Спустя почти два года писатель уехал за границу и принялся за роман «Бесы». Действие он перенес в губернский город, где орудует революционная группировка, не брезгующая ни убийствами, ни поджогами. И когда потребовалось описать большой ночной пожар в Заречье – пылающие дома, клубы дыма, панику жителей, – память услужливо подсказала картины петербургского бедствия. Даже финальные строки о «мелком медленном дожде, как сквозь сито» перекликаются с тем, что творилось на Толкучем рынке.

Но Достоевский пошел дальше простого описания. В «Бесах» он впервые в русской литературе размышляет о психологии пожара:

«Большой огонь по ночам всегда производит впечатление раздра­жающее и веселящее; на этом основаны фейерверки, но там огни располагаются по изящным, правильным очертаниям и, при полной своей безопасности, произво­дят впечатление игривое и легкое, как после бокала шампанского. Другое дело настоящий пожар: тут ужас и все же как бы некоторое чувство личной опасности, при известном веселящем впечатлении ночного огня, производят в зрителе некоторое сотрясение мозга и как бы вызов к его собственным разрушитель­ным инстинктам...»

Так петербургская беда превратилась в литературное открытие.