Это интересно!

25 июня 1942 года Севастополь жил под огнём. Город держался в осаде, и каждый час мог стать последним для людей, зданий, архивов, музеев. В этот день в крышу здания знаменитой панорамы «Оборона Севастополя 1854-1855 гг.» попал вражеский снаряд. Начался пожар. Разрушенное здание Севастопольской панорамы. Фото Л.А.Кудельского, 1948 г. Источник: pastvu Опасность была не только в том, что горело музейное здание. Под угрозой оказалось огромное батальное полотно Франца Рубо – живописная панорама, на которой была запечатлена первая оборона Севастополя. Это был не просто музейный экспонат. Для города полотно стало зримым доказательством стойкости, памяти и преемственности поколений защитников. Первыми пожар заметили курсанты курсов средних командиров Береговой обороны. Они не стали ждать приказов. Поднялись в горящее здание, добрались до зала панорамы и начали делать то, что в обычных условиях потребовало бы сложной музейной подготовки: отрезать и снимать холст по периметру. Только происходило всё под обстрелом, в дыму, жаре и спешке. К курсантам присоединились пожарные. Люди получали ожоги, задыхались от дыма, но продолжали выносить из здания фрагменты полотна и другие экспонаты. Особенно важную роль сыграли севастопольские пожарные Иван Пахомов и Пётр Пащенко: на грузовиках они доставили 86 уцелевших фрагментов панорамы на борт лидера эскадренных миноносцев «Ташкент». Дальше началась уже морская часть спасения. Экипаж «Ташкента» под командованием капитана 3-го ранга Василия Ерошенко вывез фрагменты панорамы из осаждённого Севастополя вместе с ранеными. Корабль дошёл до Новороссийска, где части полотна аккуратно упаковали и сохранили. Уцелело около 85% произведения. После войны панораму несколько лет восстанавливали художники-реставраторы, среди которых были и ученики Франца Рубо. Их задача была почти ювелирной: вернуть единство огромной картине, пережившей огонь, разрезы, эвакуацию и войну. 16 октября 1954 года, к столетию первой обороны Севастополя, панораму снова открыли для публики. И в этом событии была особая точность: полотно, посвящённое защитникам города XIX века, само стало участником другой обороны – уже в годы Великой Отечественной войны. Нынешняя панорама — это не механическая копия, а художественное переосмысление легендарного полотна Франца Рубо. Павел Соколов-Скаля, возглавлявший бригаду советских живописцев, придерживался мнения, что Рубо находился в жёстких рамках императорского заказа и потому не имел возможности запечатлеть многих достойнейших участников обороны. Чтобы восстановить историческую справедливость, художники обратились за помощью к военным специалистам. Совместно они проработали архивные документы и выявили имена тех защитников, чьи подвиги народ не забыл. Именно так в панораму вошли новые сцены: знаменитый хирург Пирогов прибывает на перевязочный пункт Малахова кургана, легендарный матрос Кошка возвращается на бастион, рядом с мортирой оказываются дети, в бою показан матрос Трофим Александров, а также разворачивается атака английской кавалерии на III бастионе. Кроме того, акцент сместился на линию затопления кораблей — она стала заметнее, а в районе Лазаревских казарм отчётливо прописаны резервные силы в составе трёх полков. Восстановленное полотно панорамы Оборона Севастополя: размеры полотна поражают своим масштабом: 115 метров по окружности и 14 метров в высоту. Общая площадь картины - 1600 квадратных метров. Автор фото: Марина Алгаева. Источник: rasfokus Иногда история сохраняется не в тишине архивов, а в дыму пожара. Смотреть другие материалы проекта «Подвиг пожарных в годы Великой Отечественной войны».

«Подвиг огнеборцев в годы Великой Отечественной – это не просто хроника борьбы с огнем, это яркий пример героизма и самоотверженности, который должен стать неотъемлемой частью патриотического воспитания нашей молодежи. Их беспримерное мужество, проявленное под вражеским огнем, их преданность долгу и готовность к самопожертвованию – это те качества, которые необходимо прививать подрастающему поколению россиян. Память об этих героях, спасших наши города и жизни, должна жить в веках, вдохновляя на служение Отечеству и укрепляя дух нации.» Алексей Георгиевич Крылов, Председатель ЦС ВДПО,  2025 г.

«Защитить полностью только профессиональными пожарными такую огромную страну, как наша, невозможно. Нужна помощь добровольцев. Кстати, именно на добровольные пожарные команды опираются такие экономически мощные страны, как Германия и США. Сейчас это общемировая практика.»   Владимир Владимирович Кудрявцев, начальник Главного управления МЧС по Ленинградской области (2005-2013гг.), председатель ЦС ВДПО (2016-2021гг.), Президент Всероссийского добровольного пожарного общества.   Из интервью сетевому изданию «Комсомольская правда», 2017 год. Источник: https://www.kp.ru/daily/26702/3727536/

Это скромное деревянное строение простояло запертым более 14 лет. И только летом 2025 года оно снова распахнуло двери для посетителей. Речь идет о пожарном сарае в музее-заповеднике А.П. Чехова «Мелихово». Построенный в 1896 году, сарай – один из немногих аутентичных памятников усадьбы, дошедших до наших дней. Он расположен к северо-востоку от дома Чехова, но есть важная деталь: исторически этот участок не принадлежал усадьбе. Он был деревенским, общественным. И это многое объясняет. Именно Чехов, а не помещик, инициировал строительство. Почему? Пожары в Мелихове случались с пугающей регулярностью. Уже 29 марта 1892 года (в первый год жизни в усадьбе) писатель сообщал Лике Мизиновой: «Ночью рядом с нами, бок о бок, сгорела дотла усадьба помещицы Кувшинниковой... Наши дом и сад были ярко залиты огнем, в церкви звонили, народ шумел, а мы ничего не видели и не слышали, потому что крепко спали». В январе 1895-го усадьба Кувшинниковой загорелась вновь. А 8 октября того же года сильный пожар случился уже в самой деревне. Чехов, как земский врач и неравнодушный человек, не мог оставаться в стороне. Он загорелся идеей организовать настоящую противопожарную службу в Мелихове. Начались хлопоты о строительстве пожарного сарая, закупке оборудования и даже устройстве пожарного пруда. К осени 1896 года сарай был готов. Что сегодня можно увидеть внутри? Экспозиция – это наглядное пособие по деревенской пожарной охране конца XIX века. Здесь представлены: Телега и бочка – главный «пожарный автомобиль» того времени. Ведра, топоры, ухваты, вилы, багор, лом – всё, что могло пригодиться для разбора завалов и тушения. Колокол – деревенская «сирена», созывавшая жителей на пожар. Лестница – без нее на мелиховских чердаках делать было нечего. Но настоящая жемчужина экспозиции — пожарный насос, созданный Густавом Листом – основателем производства отечественной противопожарной техники (в 1863 году открыл в Москве первое производство противопожарного оборудования). Пожарные насосы Густава Листа славились на всю Россию и за ее пределами своей надежностью и рабочими качествами. Этот знаменитый пожарный сарай – не просто хозяйственная постройка. Он – живое свидетельство того, что Чехов был не только гениальным писателем, но и деятельным, ответственным человеком, который заботился о безопасности своих соседей и крестьян. Он не ждал, когда сгорит его собственный дом, – он действовал. Фото: Музей-заповедник А.П. Чехова «Мелихово»

–  Всероссийское добровольное пожарное общество, волнует, прежде всего, наша смена – это дети. В соревнованиях участвуют три возрастные группы юных спортсменов, и сегодня они покажут, чего они добились, чему научились. Я думаю, что они в этом спорте и будут жить, ведь в этом спорте – живут. Это спорт мужественных и отважных людей. Многие из них придут в профессию – станут пожарными, станут спасателями. А если и не придут, то с уверенностью можно сказать, что они станут достойными гражданами нашей страны. Сегодня это очень важно – работать с молодежью, а спорт – это одна из форм работы с молодежью по гражданскому и патриотическому воспитанию. Алексей Георгиевич Крылов, Председатель ЦС ВДПО (2026г.) Источник: ГУ МЧС России по Республике Татарстан 

«Пожар» – это идеальный случай бессмертия детской книги».Лев Токмаков Замечено, что стихи Маршака для детей насыщены огнём. Всё дело в том, что в раннем детстве мальчик и его семья пережили пожар в собственном доме. Писатель говорил, что его самое первое яркое воспоминание из детства – это огонь, охвативший занавески, мама, быстро и с волнением его одевающая, непонятное чувство какого-то очень уж глубокого страха. В стихах Маршака мы не раз встретим огонь. Ведь он всегда сам с осторожностью к нему относился и старался передать эту настороженность и внимательность детям. Действительно, тема огня, пожара – одна из самых притягательных и завораживающих для детей. В их понимании пожарный – самая героическая профессия, а пожарная машина создана для опасных и благородных приключений. Вот почему книга С. Маршака «Пожар» с иллюстрациями В. Конашевича издавалась целых 28 раз, начиная с 1923 года. Она не устарела, не сошла со сцены и продолжала жить в старых и новых картинках своего лучшего иллюстратора Владимира Конашевича. Перед вами последний обновленный авторами вариант, который вышел в 1952 году. Теперь действие книги разворачивается на фоне современного города: на смену пожарным упряжкам пришли пожарные машины, а на месте одноэтажных домов выросли многоэтажные здания. Заново иллюстрируя «Пожар», Конашевич долго и внимательно присматривался к работе пожарного депо в Ленинграде, расспрашивал пожарных, скрупулезно зарисовывал новые машины. Но и в тексте и на картинке осталась любопытная деталь, давно исчезнувшая из современного пожарного дела, смысл которой стоит пояснить детям: по количеству сигнальных шаров, которые дозорный поднимал над каланчой, судили об интенсивности пожара и примерном направлении места возгорания. Легкая рифма, увлекательный сюжет, выразительные красочные рисунки позволяют считать «Пожар» Маршака и Конашевича непревзойденным шедевром литературы «для маленьких». Такое издание «Пожара» (как, впрочем, все детские произведения Маршака с иллюстрациями В.М. Конашевича) обязательно должно быть у всех детей и их родителей. Рекомендуется родителям для чтения вслух детям младшего дошкольного возраста, а также для разглядывания и обсуждения картинок. Источник А мы рады сообщить, что на нашем  портале появился новый раздел «Книги детям о пожарной безопасности». Заходите в гости!

Каждый пожарный работник должен знать, что делается в пожарном деле. Каждый из нас должен читать «Пожарное дело». К.М. Яичков «Пожарное дело» (журнал) - ежемесячный научно-технический журнал. Первый номер «Пожарное дело» вышел в июле 1894 г. в Санкт-Петербурге. Инициатором его создания был Главный совет Российского пожарного общества. Архив номеров журнала «Пожарное дело» читайте в «Библиотеке».

«Вместе с Моргуновым и Вициным мы как-то подожгли продовольственную палатку. Однако наказания мы не понесли, так как «поджигателями» были по воле автора сценария фильма «Пожара не будет». И, хотя я играл роль «несерьезного» сварщика, я понял, что пожарное дело серьезное и трудное... Наверное, не менее трудно и издавать журнал для пожарных. Ведь тут надо знать тонкости не только пожарные, но и журналистские. Поздравляя коллектив журнала «Пожарное дело» со славным его 50-летием, желаю ему дальнейших творческих успехов.» Народный артист СССР, Юрий Никулин (Журнал Пожарное дело №3, 1975г.)

«Трудно себе представить масштаб катастрофы, если бы поистине героическими действиями пожарных подразделений не был локализован пожар, если бы пламя перекинулось на примыкающий 3, и далее, на 2 и 1 энергоблоки. Это легко могло произойти, учитывая незначительную огнестойкость материалов покрытий крыш машинных залов». Заместитель министра энергетики и электрификации СССР, 1982-1986 гг. Г.А. Шашарин   

«На мой взгляд, речь надо вести о чуде! Да, я не оговорился - именно о чуде. Ветер, который нес смертельное облако, быстро, буквально в течение нескольких минут сменился на северный. И облако прошло мимо Припяти, города, где жили атомщики. Если бы облако накрыло город, то прогнозы западной прессы (о тысячах облученных и погибших) были бы близки к реальности... Но, повторяю, свершилось чудо...» Академик Юрий Израэль (возглавлял в 1986 г. Госкомгидромет СССР и руководил работами по мониторингу радиационной обстановки после аварии на ЧАЭС).

«Пожарные боролись с огнем в условиях мощного радиационного излучения, в токсичной атмосфере сильного задымления, на высотах от 12 до 70 метров при постоянной угрозе обрушений.» Майор внутренней службы Леонид Петрович Телятников, Герой Советского Союза, Герой Чернобыля.

«Взрыв в реакторе — это было страшно. Пожар в реакторе — ещё страшнее. Ночной кодовый сигнал со станции гласил: «Один, два, три, четыре». Эти цифры означали все виды опасности: ядерную, радиационную, пожарную, взрывную. Последствия — ближайшие и отдалённые — предсказать было невозможно. Наверное, именно в тот миг я и вспомнил Бога…» Н.И. Рыжков, Председатель Совета Министров СССР 1985-1990гг.

В доме у Пушкиных в Захарове постоянно жила их родственница - молодая, красивая, но психически больная девица. Полагая, что ее можно вылечить испугом, родные, проведя рукав от пожарной трубы в окно, хотели обдать ее внезапным холодным душем. Она действительно испугалась и выбежала из своей комнаты. В то время Пушкин возвращался с прогулки из рощи.- Братец, — закричала помешанная, — меня принимают за пожар. - Не за пожар, а за прекрасный цветок! — отвечал Пушкин. — Ведь и цветы в саду поливают пожарной трубой. Из книги «Сквозь призму пламени» А.П. Симонов, А.Л. Зеленин, Центрально-Черноземное книжное издательство, 2011г.

Князь В.А. Долгоруков, являясь генерал-губернатором Москвы (1865-1891), однажды собрал военных и полицейских чинов для обсуждения положения дел с обороной города на случай войны. На этом совещании присутствовал полицмейстер Москвы Огарев, которого князь Долгоруков спросил, что он будет делать, если опять французская армия будет наступать на Москву. Огарев, не задумываясь, ответил, что он прикажет стрелять по наступающим французам из Царь-пушки. Когда же Огареву возразили, что у Царь-пушки всего 4 ядра, он ответил: «А я буду посылать своих пожарных таскать их назад!» (Огарев, будучи в 60-х годах XIX века московским обер-полицмейстером, прославился введением в пожарных частях Москвы одномастных лошадей). Из книги Симонов А.П., Зеленин А.Л. Сквозь призму пламени.  Интересные факты о Царь-пушке: Сделана, но НЕ стреляла (спорный вопрос):Долгое время считалось, что Царь-пушка никогда не стреляла. Однако современные исследования показали, что в канале ствола остались следы порохового нагара. Большинство историков сходятся во мнении, что пробный выстрел был произведён (вероятно, в конце XVI или начале XVII века), но в боевых действиях орудие участия не принимало. Сами гигантские чугунные ядра, лежащие рядом, — чисто декоративные (вес каждого около 2 тонн), для такого калибра нужны были каменные ядра. Зачем её сделали?Отлита мастером Андреем Чоховым в 1586 году, в царствование сына Ивана Грозного – Фёдора I Иоанновича. Предполагалось, что пушка будет стрелять дробом ("картечью") для защиты подступов к Кремлю со стороны Красной площади и Спасских ворот. По задумке, она должна была оборонять главные ворота, но так и не встала на боевое дежурство. Почему "Царь"?Название связано не только с огромными размерами. На стволе отлито барельефное изображение царя Фёдора I на коне (отсюда "Царь"). Кроме того, это был самый большой "царь-калибр" того времени. Аналогично появилось название "Царь-колокол" (рядом с ней). Символ, а не оружие.Царь-пушка – это замечательный памятник русской литейной технологии. Для её отливки использовались передовые технологии: внутренний стержень обмазывали глиной, чтобы получить полый канал, а сам ствол отливали вертикально. Это было очень сложное и дорогое предприятие. Где была раньше?Изначально пушка находилась у Лобного места и служила частью укреплений. В 1835 году для неё изготовили декоративный чугунный лафет (который сейчас и стоит на постаменте) и перенесли на современное место. Тогда же отлили и те самые гигантские "ядра" (они просто декоративные, лежат для красоты). Забавное историческое совпадение: В 1980 году по результатам реставрации выяснилось, что знаменитая Царь-пушка… никакая не пушка! По конструкции ствола и канала её правильнее называть дробовиком или бомбардой. Настоящие пушки того времени были длиннее и имели другое соотношение длины к калибру. Но название уже прижилось. Так что, когда вы в следующий раз увидите её на фото или в Кремле, вы будете знать: перед вами – гигантский, почти мифический, но совершенно реальный памятник русской военно-технической мысли, который так ни разу и не "поработал" по прямому назначению.

В бытность Екатерины II в Ржеве случился опустошительный пожар, уничтоживший половину города. Обеспокоенный происшед шим, воевода Ржева секунд-майор Сухожилин направил в Правительствующий Сенат донесение-рапорт такого содержания: «Сего мая 20-го числа, на память мученика Фаралея, волею Божией половина нашего града выгорела дотла и с пожитками. А из остланной половины града даже неудержимо ползут и ползут скопища тараканов в открытое поле. И, видно, быть на сию сохранную половину города гневу Божию. И долго ль, коротко ль, а оной половине города непременно гореть, что и от старых людей примечено. Того ради Правительствующему Сенату представляю, не богоугодно ли будет градожителям пожитки свои заблаговременно выбрать из хором, а всю оставшуюся половину нарочно спалить, дабы не загорелся город и не вовремя пожитки бы все не пожрал огонь, а быть тогда беде великой». Рапорт секунд-майора из Сената направили в канцелярию Ее Величества. Екатерина II, прочтя донесение из Ржева, наложила на бумаге Сухожилина такую резолюцию: «Половина города сгорела — вели строиться. А впредь тебе, воевода, не врать и другой половины города не зажигать. Тараканам и сказкам старых людей не верить, а дожидаться воли Божьей». О резолюции императрицы на рапорте воеводы стало известно жителям Ржева. Неспроста злые языки прозвали Сухожилина Тараканом, на что он сильно обижался, а особенно назойливых насмешников подвергал порке розгами. Из книги Симонов А.П., Зеленин А.Л. Сквозь призму пламени. 

В царствование Анны Иоанновны (1730-1740) пожарное дело заметно пришло в упадок. Это привело к значительному увеличению числа пожаров. В жаркое и засушливое лето 1737 года императрица писала генералу Ушакову: «Андрей Иванович, здесь в Петербурге так дымно, что окошко открыть нельзя, а все оттого, что горят леса и болота». Но в этот жаркий год горели не только леса и болота, полыхали первопрестольная и северная столица России. Только в Москве за один день мая сгорело 12330 различных строений. Огонь бушевал от Арбата до Лефортова, сильные повреждения получили строения и стены Кремля. Обеспокоенная пожарами императрица приказала «найти такого мужика, который умеет унять пожар». Однако, несмотря на все старания, найти оного не удалось. Значительно позже, когда в обеих столицах образовались профессиональные пожарные команды, обязанности «пожарных мужиков» стали выполнять брандмейстеры и брандмайоры, обладающие навыками «унимать» пожарные бедствия. Из книги Симонов А.П., Зеленин А.Л. Сквозь призму пламени. 

С введением в Москве и Петербурге уличного освещения на пожарную охрану был возложен и уход за фонарями. Пожарные солдаты, исполняющие обязанности фонарщиков, вечером зажигали фонари, заправляли их маслом, протирали стекла, а утром гасили. Однажды фонарщик Адмиралтейской части Петербурга с лестницей, маслом и тряпицами отправился в обход на Невский проспект, где ему предстояло зажечь фонари. В это время по Невскому проспекту совершал вечернюю прогулку царь Николай I. Увидев царя, фонарщик стал неотступно следовать за ним. Император, заметив фонарщика, подозвал его к себе. — Почему ты следуешь за мной и не зажигаешь фонари? Ты меня не узнал?! Испуганный фонарщик стал «во фрунт» и пролепетал:— Ваше Величество, разумеется, я признал Вас, и давно хочу спросить, какой срок службы определен фонарщику, чтобы заработать пенсию. Николай I, узнав, что фонарщик проходит службу в Адмиралтейской пожарной части, сказал, что завтра ему все будет разъясено. На следующий день в Адмиралтейскую часть явился дежурный флигель-адъютант и объяснил фонарщику и другим пожарным, что срок службы в пожарных частях определен в 25 лет, после чего назначается пенсия. Одновременно выяснилось, что фонарщик, встретивший на Невском проспекте царя, прослужил сверх установленного законом срока 4 года. Николай I распорядился выдать ему дополнительно 4 годовых оклада жалованья и установить повышенную пенсию до конца жизни. Из книги Симонов А.П., Зеленин А.Л. Сквозь призму пламени. 

«Быть пожарным - означает любить свое дело всей душой. Иные варианты здесь неприемлемы, просто невозможны! Случайные люди в этой профессии не задерживаются. Спасти, сохранить, помочь, защитить - смысл и суть этой работы, поэтому сюда идут исключительно по велению сердца».   Михаил Михайлович Верзилин, генерал-лейтенант внутренней службы, директор Департамента пожарно-спасательных сил МЧС России, Председатель ЦС ВДПО 2011-2016 гг.

«Я восхищаюсь вашим мужеством. Ваша профессия - одна из самых гуманных на земле».   Василий Александрович Сухомлинский, советский педагог, писатель, публицист, создатель народной педагогики.

Сегодня, чтобы сообщить о пожаре, достаточно набрать три цифры на телефоне. Но так было далеко не всегда. Телефон появился в практике пожарной охраны лишь во второй половине XIX века, а до этого людям приходилось полагаться на совсем другие способы передачи тревоги. Как же в старину узнавали, где вспыхнул огонь и куда нужно спешить на помощь? В старой Москве главным «пультом управления» был набат. Сигналы тревоги разносили колокола кремлевских башен, и по характеру перезвона можно было определить место возгорания. Эта система была настолько важна, что её закрепляли царскими указами. При Алексее Михайловиче в XVII веке существовал настоящий регламент: если горит Кремль – бьют во все три набата, если Китай-город – звучит только Спасский набат, а для Белого или Земляного города предусматривался свой ритм и темп звона. Позднее, в XVIII веке, когда к борьбе с огнём стали активнее привлекать регулярные войска, для подачи тревоги использовали и барабанный бой. После крупных московских пожаров середины XVIII века власти усилили меры пожарного надзора, дежурства и оповещения: огонь в большом городе требовал всё более чёткой организации. С начала XIX века, когда в столицах начали создавать постоянные профессиональные пожарные команды, система оповещения стала заметно более упорядоченной. В городах возводили высокие каланчи – башни, с которых следили за окрестностями и передавали сигналы о пожаре. Днём на них вывешивали сигнальные знаки и флаги, ночью зажигали фонари. Комбинации цветов и их расположение указывали на номер городской части, где случился пожар. А если над городом поднимался красный фонарь или флаг – это был сигнал «Большой пожар», означавший сбор всех пожарных команд города. Позднее систему сигналов на каланчах усовершенствовали: расположение знаков изменили так, чтобы их было лучше видно из разных частей города. Каланчи надолго стали важнейшей частью пожарной службы и оставались символом городского пожарного порядка вплоть до начала XX века. С 1858 года для пожарных целей начал использоваться военно-полицейский телеграф, а позднее и телефон. С их появлением принципы экстренного оповещения изменились навсегда: сообщение о пожаре стало передаваться быстрее, точнее и надёжнее.